бает его шлем до самого носа, потом нос, рот, зубы, все туловище вместе с панцирем и серебряное седло: меч уходит еще глубоко в спину лошади: и конь, и всадник убиты безвозвратно; испанцы в отчаянии, а французы говорят: «Хорошо он бьет, наш защитник!»
Чудная битва, великая битва! Французы поражают своими копьями, заостренными темной сталью. На поле раздаются стоны; лежат люди убитые, раненые, облитые кровью; лежат друг на друге, иной на спине, другой лицом вниз. Сарацины не могут дольше держаться; нехотя, должны они отступать, а французы напирают на них всей силой.
Вперед!
Чудная битва, битва живая! Французы дерутся храбро и яростно, рубят руки, ноги, крестцы и рвут одежды с живым мясом; по зеленому лугу струится алая кровь. Великая страна (то есть Франция), Магомет тебя проклял; из всех народов твой народ самый смелый! Нет сарацина, который не кричал бы: «Марсиль, поспеши, наш король, нам нужна помощь!»
Граф Роланд говорит Оливье: «Мой государь и товарищ, с вашего позволения, архиепископ славный всадник! Нет лучшего на земле, ни под небом; он умеет поражать и копьем, и дротиком».